Старый капитан с прокуренными усами хрипит в жестяной рупор. Капитан. Дамы и господа! Предупреждаю! Мы прибыли в Одессу! Пожалуйста!...
Эфраим Севела (Efraim Sevela)
«Киносценарий. Одесса - мама»
Итак, она происходит перед тем поворотом, правда незадолго до него; но разве характер давности какой-нибудь истории не становится те..
Манн Томас (Mann Thomas)
«Волшебная гора (Главы 1-5)»
И всегда у меня для них есть комната. И они идут только ко мне. - Спасибо, я учту, миссис Миэр, ключ я оставил в двери. - Свет выключили? - Конечно...
Джон Стейнбек (John Steinbeck)
«И проиграли бой»
Смотрите также:
Интервью. Габриэль Гарсиа Маркес, Марио Варгас Льоса. Диалог о романе в латинской америке
Интервью. Из беседы с Мануэлем Перейрой
Интервью. Габриэль Гарсиа Маркес рассказывает о себе и своих книгах
Габриэль Гарсиа Маркес о власти одиночества и одиночестве власти
«Палая листва» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 62) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... -
Генерал никогда не отличался точностью.
Но едва он закурил, как генерал - между прочим, это был Сан-Игнасио, вы
с ним, возможно, встречались - появился во дворе в сопровождении своего
адъютанта. Были выполнены обычные формальности, и Сан-Игнасио спросил
осужденных, нет ли у кого-нибудь из них последнего желания. Четверо
ответили отрицательно, но наш друг сказал:
- Да, я хотел бы проститься с женой.
- Bueno [хорошо (исп.)], - сказал генерал, - я не возражаю. Где она?
- Ждет у ворот тюрьмы.
- Тогда это займет не больше пяти минут.
- Даже меньше, сеньор генерал, - сказал наш друг.
- Отведите его в сторону.
Два солдата вышли вперед и отвели осужденного в указанное место. Офицер
по кивку генерала дал команду, раздался нестройный залп, и те четверо
упали. Они упали странно - не разом, а один за другим, нелепо дергаясь,
как марионетки в кукольном театре. Офицер подошел к ним и разрядил оба
ствола револьвера в того, который был еще жив. Наш друг докурил сигарету и
отшвырнул окурок.
В это время у ворот произошло какое-то движение. Во двор быстрыми
шагами вошла молодая женщина - и внезапно остановилась, схватившись рукой
за сердце. Потом она вскрикнула и, протянув руки, бросилась вперед.
- Caramba [черт возьми (исп.)], - сказал генерал.
Женщина была вся в черном, волосы покрыты вуалью, лицо мертвенно
бледное. Почти девочка - тоненькая, с правильными чертами лица и огромными
глазами. Сейчас в этих глазах застыл ужас. Она бежала, полуоткрыв рот, и
так была прекрасна в своем горе, что даже у этих ко всему безразличных
солдат вырвался возглас изумления.
Мятежник шагнул ей навстречу. Она кинулась к нему в объятия с хриплым
страстным криком: Alma demi cora! Son - сердце души моей.
Он прильнул к ее губам. В то же мгновение выхватил нож из-под рваной
рубахи - уму непостижимо, как ему удалось его там спрятать, - и ударил ее
в шею. Кровь хлынула из перерезанной вены, обагрив его рубаху. Он снова
обнял жену и прижался к ее губам.
Многие не поняли, что произошло - настолько быстро все свершилось, - у
других же вырвался крик ужаса, они бросились к нему и схватили его за
руки: женщина упала бы, если бы адъютант генерала не подхватил ее...
Уильям Сомерсет Моэм (William Somerset Maugham)
«Человек со шрамом»
ресурс http://www.markes.ru/
